В Санкт-Петербурге в ходе досрочного периода ЕГЭ-2026 зафиксирован первый случай удаления участника экзамена после выявления нарушения системой искусственного интеллекта.
Инцидент произошёл в апреле 2026 года на одном из экзаменационных пунктов. Нарушение — использование шпаргалки — было обнаружено не наблюдателем, а системой видеоаналитики, применяемой в рамках портала «Смотри ЕГЭ».
Алгоритм машинного зрения в режиме реального времени анализирует поведение участников: движения рук, наклон головы, взаимодействие с предметами. При обнаружении отклонений система автоматически маркирует видеофрагмент как «подозрительный» и передаёт его модератору.
В данном случае эксперт подтвердил наличие шпаргалки на записи. После этого информация была направлена в экзаменационную комиссию, и участник был удалён из аудитории без права пересдачи в текущем году.
Система видеонаблюдения и аналитики разработана компанией «Ростелеком» и используется для контроля за проведением ЕГЭ на федеральном уровне.
По данным СМИ, за досрочный период ЕГЭ-2026 в России были удалены четыре участника, однако этот случай стал первым, где ключевую роль сыграл именно алгоритм.
Источники:
ТАСС — «В Петербурге школьника удалили с ЕГЭ по сигналу ИИ»
РИА Новости — материалы о досрочном этапе ЕГЭ-2026
Ростелеком — описание системы «Смотри ЕГЭ» и видеоаналитики
Комментарий редакции
Этот случай важен не потому, что школьника поймали со шпаргалкой. Шпаргалки ловили всегда. Важен способ.
Впервые в системе ЕГЭ произошёл переход от фиксации к интерпретации. Камера больше не просто записывает происходящее — она принимает решение о том, что считать подозрительным.
Это и есть тот самый сдвиг, о котором принято говорить осторожно: поведение человека превращается в набор цифровых паттернов, а норма — в алгоритм.
Формально в системе остаётся человек — модератор подтверждает нарушение. Но его роль уже вторична. Он не ищет нарушение, он проверяет гипотезу, выдвинутую машиной. И это меняет архитектуру контроля.
На языке технологий это называется повышением эффективности. На языке системы — снижением человеческого фактора.
Но если перевести это в управленческую логику, картина выглядит иначе.
Контроль перестаёт быть событием и становится средой.
Раньше нарушение нужно было увидеть. Теперь достаточно отклониться от модели поведения. Не обязательно быть нарушителем — достаточно выглядеть как нарушитель с точки зрения алгоритма.
И здесь возникает та же развилка, что и в случае с SOC-системами.
Первый сценарий — инерционный.
Система начинает оптимизироваться под снижение рисков. Алгоритм постепенно ужесточает критерии, расширяет зону «подозрительного поведения», и в итоге экзамен превращается в пространство, где любое нестандартное действие потенциально наказуемо. Это и есть переход к институциональной паранойе — когда система защищает себя от отклонений, а не проверяет знания.
Второй сценарий — куда сложнее и пока почти не реализован.
Алгоритм используется не как фильтр, а как инструмент понимания поведения. Не только для выявления нарушений, но и для анализа когнитивных стратегий, стресса, способов мышления. В этом случае та же технология может стать основой новой образовательной среды, а не только системой контроля.
Но текущий кейс показывает, какой сценарий реализуется по умолчанию.
ИИ входит в экзамен не как помощник ученика и не как инструмент обучения, а как усилитель контроля и надзиратель.
И это принципиально. Потому что в такой конфигурации школа перестаёт быть местом проверки знаний и окончательно становится местом проверки поведения.
А дальше неизбежно возникает вопрос, который уже выходит за рамки ЕГЭ:
если алгоритм определяет, что считать нормой поведения, то кто определяет сам алгоритм?
Инцидент произошёл в апреле 2026 года на одном из экзаменационных пунктов. Нарушение — использование шпаргалки — было обнаружено не наблюдателем, а системой видеоаналитики, применяемой в рамках портала «Смотри ЕГЭ».
Алгоритм машинного зрения в режиме реального времени анализирует поведение участников: движения рук, наклон головы, взаимодействие с предметами. При обнаружении отклонений система автоматически маркирует видеофрагмент как «подозрительный» и передаёт его модератору.
В данном случае эксперт подтвердил наличие шпаргалки на записи. После этого информация была направлена в экзаменационную комиссию, и участник был удалён из аудитории без права пересдачи в текущем году.
Система видеонаблюдения и аналитики разработана компанией «Ростелеком» и используется для контроля за проведением ЕГЭ на федеральном уровне.
По данным СМИ, за досрочный период ЕГЭ-2026 в России были удалены четыре участника, однако этот случай стал первым, где ключевую роль сыграл именно алгоритм.
Источники:
ТАСС — «В Петербурге школьника удалили с ЕГЭ по сигналу ИИ»
РИА Новости — материалы о досрочном этапе ЕГЭ-2026
Ростелеком — описание системы «Смотри ЕГЭ» и видеоаналитики
Комментарий редакции
Этот случай важен не потому, что школьника поймали со шпаргалкой. Шпаргалки ловили всегда. Важен способ.
Впервые в системе ЕГЭ произошёл переход от фиксации к интерпретации. Камера больше не просто записывает происходящее — она принимает решение о том, что считать подозрительным.
Это и есть тот самый сдвиг, о котором принято говорить осторожно: поведение человека превращается в набор цифровых паттернов, а норма — в алгоритм.
Формально в системе остаётся человек — модератор подтверждает нарушение. Но его роль уже вторична. Он не ищет нарушение, он проверяет гипотезу, выдвинутую машиной. И это меняет архитектуру контроля.
На языке технологий это называется повышением эффективности. На языке системы — снижением человеческого фактора.
Но если перевести это в управленческую логику, картина выглядит иначе.
Контроль перестаёт быть событием и становится средой.
Раньше нарушение нужно было увидеть. Теперь достаточно отклониться от модели поведения. Не обязательно быть нарушителем — достаточно выглядеть как нарушитель с точки зрения алгоритма.
И здесь возникает та же развилка, что и в случае с SOC-системами.
Первый сценарий — инерционный.
Система начинает оптимизироваться под снижение рисков. Алгоритм постепенно ужесточает критерии, расширяет зону «подозрительного поведения», и в итоге экзамен превращается в пространство, где любое нестандартное действие потенциально наказуемо. Это и есть переход к институциональной паранойе — когда система защищает себя от отклонений, а не проверяет знания.
Второй сценарий — куда сложнее и пока почти не реализован.
Алгоритм используется не как фильтр, а как инструмент понимания поведения. Не только для выявления нарушений, но и для анализа когнитивных стратегий, стресса, способов мышления. В этом случае та же технология может стать основой новой образовательной среды, а не только системой контроля.
Но текущий кейс показывает, какой сценарий реализуется по умолчанию.
ИИ входит в экзамен не как помощник ученика и не как инструмент обучения, а как усилитель контроля и надзиратель.
И это принципиально. Потому что в такой конфигурации школа перестаёт быть местом проверки знаний и окончательно становится местом проверки поведения.
А дальше неизбежно возникает вопрос, который уже выходит за рамки ЕГЭ:
если алгоритм определяет, что считать нормой поведения, то кто определяет сам алгоритм?
Изображение сгенерировано нейросетью.
Продолжаем разговор во ВКонтакте — обсуждение, споры и позиции.
Подписывайтесь и включайтесь.
Продолжаем разговор во ВКонтакте — обсуждение, споры и позиции.
Подписывайтесь и включайтесь.